Отвечать за долги учредителей и руководителей фирм придётся их наследникам

В рамках дела о банкротстве должника общество обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего  генерального директора  должника, а также наследников бывшего заместителя генерального директора должника, принявших наследство после его смерти,  в пределах наследственной массы.

Суды всех трех инстанций удовлетворили требование частично, привлекли к субсидиарной ответственности бывшего генерального директора должника, в части привлечения наследников умершего заместителя генерального директора отказали.

Отказывая в удовлетворении требований к наследникам, суд первой инстанции исходил из того, что заявленные требования неразрывно связаны с личностью наследодателя, в связи  с чем на его наследников не может быть возложена обязанность по возмещению убытков в порядке субсидиарной ответственности.

Суды апелляционной инстанции и округа согласились с данными выводами, указав, что субсидиарная ответственность перед кредиторами за доведение до банкротства не может рассматриваться как деликтная ответственность, поскольку является дополнительной по смыслу статьи 399 ГК РФ.

Спор был передан на рассмотрение Верховного Суда РФ, который разрешил его не в пользу наследников, отменил судебные акты  и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При этом Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации ответила утвердительно на принципиальный вопрос о том, входит ли в наследственную массу долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности при банкротстве подконтрольного ему лица.

Верховный Суд отметил, что  долг, возникший из субсидиарной ответственности, должен быть подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота, при этом не  имеется каких-либо оснований для вывода о том, что обязанность компенсировать свое негативное поведение (возместить кредиторам убытки), возникающая в результате привлечения к субсидиарной ответственности, является неразрывно связанной с личностью наследодателя.

Второй важный вывод, на который указал Верховный суд РФ в вынесенном судебном акте касается того, что для реализации права кредитора на судебную защиту  не имеет значения момент предъявления и рассмотрения иска о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности: до либо после его смерти. В последнем случае иск подлежит предъявлению либо к наследникам, либо к наследственной массе (при банкротстве умершего гражданина) и может быть удовлетворен только в пределах стоимости наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

То обстоятельство, что на момент открытия наследства могло быть неизвестно о наличии соответствующего долга наследодателя, также само по себе не препятствует удовлетворению требования, поскольку по смыслу разъяснений, изложенных в пункте 58 постановления № 9, под долгами наследодателя понимаются не только обязательства с наступившим сроком исполнения, но и все иные обязательства наследодателя, которые не прекращаются его смертью. Соответственно, риск взыскания долга, связанного с привлечением к субсидиарной ответственности, также возлагается на наследников.

И, наконец, третий принципиальный вывод Судебной коллегии заключается в том, что не имеет значения вошло ли непосредственно в состав наследственной массы то имущество, которое было приобретено (сохранено) наследодателем за счет кредиторов в результате незаконных действий, повлекших субсидиарную ответственность.

По мнению  Судебной коллегии иное толкование допускало бы возможность передавать наследникам имущество, приобретенное (сохраненное) наследодателем за счет кредиторов незаконным путем, предоставляя в то же время такому имуществу иммунитет от притязаний кредиторов, что представляется несправедливым.

№ 303-ЭС19-15056

 Адвокат Коллегии адвокатов «Гриб, Терновцов и партнеры»
Пузанова Татьяна

Поделиться новостью
На печать...